Святой

- Ну, что с тобой делать будем, Святой? Обратился к сидящему напротив Олегу следователь, бегло просматривая какие-то бумаги на своем рабочем столе.
- Что положено, то и делайте..., Олег устало вздохнул.
- Понятно..., так за что ж тебе такую кличку дали, Святой?
- За все хорошее, парень ехидно усмехнулся...
Следователь ничего не успел сказать в ответ, зазвонил телефон, и пришлось снять трубку... Пока он общался по телефону, что-то отмечая в блокноте, Олежка откинулся на спинку стула и, прикрыв глаза, окунулся в воспоминания...
Олегу было всего семь лет, когда посадили его отца. Мать не любила говорить о нем и на все расспросы Олега об отце, отвечала обычно короткой фразой «вот вырастишь, все сам поймешь». И Олег понял, понял, но слишком поздно…
Прошло пять лет, отец отсидел свой срок и собирался вернуться домой, к семье. На тот момент Олегу уже исполнилось двенадцать лет, и мать очень беспокоилась о его будущем, поэтому не позволила отцу жить с ними, пока не убедится, что тот исправился. А дело было в том, что отец Олега был наркоманом и довел семью до того, что в доме осталось только кровать и стол, все эти годы пока его не было, мать с трудом, работая день и ночь, пыталась восстановить разрушенную жизнь. Отцу пришлось поселиться у своей матери, бабушки Олега, она жила на соседней улице и до возвращения отца Олег часто бывал у нее в гостях, но теперь все изменилось. Мать переживала, чтоб Олег не попал под дурное влияние, и не поощряла то, что Олег частенько просился навестить папу. Но поскольку совсем запретить общаться с отцом не могла, вынуждена была согласиться отпускать Олега погостить на выходные. Но вскоре Олег стал захаживать к отцу все чаще, а потом с подачи «любящего папочки» и вовсе стал прогуливать школу и пропадать сутками в его доме. У отца постоянно собирались какие-то взрослые мужики, вели непонятные разговоры, играли в карты, и что особенно нравилось Олегу не запрещали курить вместе с ними, а иногда и выпивать. Мать ничего не знала о том, что творится в доме отца, потому что сама туда не заходила, а Олег умело врал, рассказывая, как хорошо и с пользой, он проводит время с родителем.
Шло время, и то, что казалось безобидным вначале, со временем стало бременем для Олега. Теперь он уже обязан был по приказу отца не только постоянно всем врать, но и приходить в определенное время к нему, чтобы выполнять различные поручения. Обычно нужно было сходить в магазин за сигаретами, купить растворитель, зайти в аптеку за таблетками и т.п. Отец вернулся к прежнему образу жизни, он вместе с друзьями проворачивал «свои делишки» и кололся. С утра до вечера в доме стоял смрад от сигаретного дыма и варки наркотика. Уже ни для кого не было секретом то, что творилось в этом доме. Жаловались соседи, устраивала скандалы Олежкина мама, зачастил участковый с предупреждениями. Не выдержав такого бардака, бабушка серьезно заболела и по настоянию мамы переехала жить к ней. Олег к тому времени уже находился под серьезным влиянием отца, а в один прекрасный день, случилось то, что довело Олега до теперешнего состояния. Это был один из тех вечеров, когда хата была переполнена дружками отца и все находились в предвкушении очередной раскумарки. Раствора было много, кололись все и кто сколько хотел. Наконец, все гости были удовлетворены и лениво втыкали кто, где. Отец выбрал очередную дозу и, подозвав Олега, спросил: - ну что попробуешь? Олег от неожиданности остолбенел, но боясь показать, что струсил, тихо произнес: - а что, надо? – ну если ты мужик…? отец не закончил фразу, криво усмехаясь, он испытывающее сверлил сына взглядом. Олег, закатал рукав и подсев к отцу, протянул руку: - ну давай…
Это был его первый укол. Ему было тринадцать, и он толком не знал, что произошло в тот момент. Вначале было страшно, захлестнуло, как волной и понесло…
Вместе с отцом и его друзьями началась его взрослая жизнь. Школу забросил, полностью поселился жить у отца, научился воровать и мошенничать, совсем забыл мать и бабушку. К восемнадцати годам Олег уже был в глухой системе и не представлял, как можно жить без наркотика. В девятнадцать лет он получил свой первый срок. Не хотел подводить отца, и когда нагрянула милиция с обыском, и обнаружила в сарае угнанную машину уже частично разобранную, все взял на себя. Пока сидел было над чем подумать, планировал изменить образ жизни, вернуться к матери, со временем жениться. И частично планы его исполнились. Он освободился, наладил отношения с мамой, она теперь была одна, бабушку похоронили пока он сидел. Через некоторое время устроился на работу в автосервис, стал неплохо зарабатывать, встретил хорошую девушку, женился. А еще через год родился первый ребенок. Все это время об отце он только слышал, никак не решаясь навестить его, уж очень противоречивые чувства переполняли душу. И лишь когда кто-то сказал, что отец очень болен, решил все-таки зайти к нему.
Это был летний, солнечный день, Олег с самого утра представлял встречу с отцом и то, что скажет ему. Но вышло все, как всегда. Слова застряли в горле, когда он увидел убогого, не по годам состарившегося, исхудалого мужчину, которого не мог даже назвать отцом. Не смотря ни на что, Олег все же испытывал к нему жалость и готов был даже предложить помощь. И отец не отказался. Для начала попросил у сына денег на лекарства и продукты, а при расставании напомнил, что бы тот почаще заходил навестить его. Олег, считая, что отдал должное отцу, первое время лишь по выходным не на долго забегал к нему справиться о здоровье. Иногда Олег встречал там старых и новых знакомых отца, и понимая, что в жизни у того ничего не изменилось, и он так и не оставил свое пагубное пристрастие к наркотикам, спешил покинуть это общество. Но надолго Олега не хватило… Он снова стал колоться, и снова вместе с отцом. Не остановило Олега и то, что в семье родился второй ребенок. Одним словом, следующая судимость не заставила себя ждать, теперь ему «светил» срок за хранение и распространение. Но так случилось, что пока он был под следствием, от передозировки умер отец. Эта новость не удивила, и не расстроила Олега, а напротив, ему даже показалось, что он почувствовал облегчение. Поэтому новость можно было считать даже хорошей, второй доброй новостью было так же то, что Мама Олега вместе с женой сразу же после похорон отца довольно удачно продали бабушкин дом, и большую часть суммы вырученной за него отдали на то, чтобы откупить Олега от второго срока. И вот теперь он сидел в кабинете следака и прокручивал в голове свою жизнь, как ему казалось такую длинную, что он чувствовал себя на все семьдесят, а ведь ему было всего двадцать пять. Он так мало сделал хорошего, и так сильно устал, что не было больше сил думать о будущем, гневаться на прошлое, ненавидеть отца и жалеть себя. Хотелось просто все забыть и наслаждаться настоящим. Когда-то еще в начальных классах на одном из уроков у всех детей спрашивали, кто кем хочет стать, когда вырастит. И Олег ответил, что он хочет быть святым. Тогда весь класс смеялся, а когда учительница попросила его пояснить свой выбор, Олег рассказал историю, которую слышал от бабушки об одном святом, который помогал людям при жизни и после смерти продолжает помогать, когда его об этом просят. И что он, Олежка, тоже хочет так, как тот святой всегда помогать людям…. С тех пор и прозвали его Святым. Правда мало, кто помнил, почему его так прозвали, но он, то знал, знал и думал, а может еще не поздно, а может еще все можно наверстать?
Следователь закончил разговор по телефону, поднялся со стула, взял со стола бумаги и положил перед Олегом. – Распишись, тут и тут, он ручкой поставил галочки на документе. Олег не читая, подписал. – А теперь домой, во вторник, на отметку…, и что б после девяти вечера тебя на районе не видели, понял?
Во дворе райотдела ждала мама и жена с детьми, они крепко обнялись, женщины плакали, а он крепче прижимал их к себе. Снова захотелось жить и верить, верить в добро и детскую мечту быть Святым….